Атомная подводная лодка К-3 “Ленинский комсомол” Часть 2. Триумф и трагедия

      Комментарии к записи Атомная подводная лодка К-3 “Ленинский комсомол” Часть 2. Триумф и трагедия отключены

К-3   была заложена 15 мая 1954 года в нынешнем Северодвинске на заводе, который сейчас называется Северным машиностроительным предприятием (СМП).   А 17 декабря  1958 г. члены правительственной комиссии подписали акт о приемке К-3 в состав ВМФ

Подводная лодка к-3 Ленинский комсомол
Атомная подводная лодка К-3 “Ленинский комсомол”

Таким образом, время строительства корабля от закладки до вступления в состав флота составило, чуть больше  трёх лет.
По боевому назначению, К-3 многоцелевая атомная подводная лодка  с торпедным вооружением. Имеет  подводное  водоизмещение 4750 тонн, и  надводное – 3050 тонн. Длина наибольшая  107,4 м. Ширина корпуса  7,96 м. Средняя осадка  5,65 м.  Надводная  скорость  15,5 узлов. Подводная – 30 узлов. Рабочая глубина погружения 300 м. Экипаж 104 человека. Внутри прочного корпуса имеет 9 отсеков.

Подводная лодка «Ленинский комсомол»
Подводная лодка К-3 «Ленинский комсомол»

Первый  отсек – торпедный, с восьмью торпедными аппаратами, и 12ю запасными торпедами, лежащими на стеллажах.
Второй-отсек –  аккумуляторный. На К-3 впервые в отечественном флоте, аккумуляторная батарея (АБ) могла заряжаться в подводном положении корабля, без связи с атмосферой. Для этого имелся специальный комплекс, включавший в себя систему вентиляции с фильтрами для поглощения аэрозолей и  печь для дожигания водорода. Во втором отсеке расположена офицерская кают-компания и каюты.
В третьем отсеке расположен  центральный пост с  перископами, выдвижными устройствами радиолокационных станций и станций связи; В нем находятся рубки с оборудованием акустиков и радистов.
Четвёртый отсек –  отсек дизельных электрогенераторов (ДГ) и вспомогательных механизмов. Два ДГ являются резервными источником электроэнергии. В четвёртом отсеке находится камбуз.

Пятый отсек – отсек паропроизводящей установки (ППУ), с парогенераторами и двумя водяными ядерными реакторами (ЯР) тепловой мощностью по 70 мВт.  Реакторы  размещены в диаметральной плоскости корабля,  друг за другом. Всё оборудование ППУ  расположено в специальной герметичной необитаемой выгородке, закрытой экранами биологической защиты. Пространство  выгородки, для поддержания разряжения, снабжено системой вакуумирования.

Вот это настоящие герои
Вот это настоящие герои

Шестой отсек турбинный, с  двумя главными турбозубчатыми агрегатами (ГТЗА)  суммарной мощностью 35.000 л.с. Крутящие моменты роторов турбин, через редукторные передачи, шинно-пневматические (ШПМ) и зубчатые муфты, передаётся гребным валам.
Седьмой отсек – электротехнический. В нем находятся два, навешенных  на ГТЗА, турбогенератора (НТГ) со станциями управления.  Два вспомогательных гребных электродвигателя (ГЭД), связанных, после ШПМ, с линиями валов, и станции управления ГЭД размещены ближе к корме.  В носу седьмого отсека находится выгородка пультов управления реакторами, а вдоль прохода – каюты офицеров.
 Восьмой отсек –  вспомогательных механизмов и  жилой отсек;
 В девятом отсеке находятся рулевые машины и другое вспомогательное оборудование. Отсек – жилой.

Экипаж АПЛ Ленинский комсомол 1962
Экипаж АПЛ Ленинский комсомол 1962

Первым командиром К-3 стал капитан 1-го ранга Леонид Осипенко. Секретность не позволила его имени прогреметь на всю страну. А ведь для своего времени достижения К-3 были уникальными: она развивала скорость до 30 узлов (что превышало возможности американских соперников), погружалась на глубины до 300 метров и могла находиться в трехмесячном боевом походе без единого всплытия. Леониду Осипенко было присвоено звание Героя Советского Союза. Он стал первым, кто был удостоен этого звания после войны. К-3 была спущена на воду 9 октября 1957 года. Это историческое, эпохальное событие произошло всего через пять дней после еще одного революционного прорыва СССР — запуска первого спутника. Флаг ВМФ СССР был поднят над лодкой 1 июня 1958 года, после чего начались работы по доводке новой техники, устранению выявленных недостатков. Кроме того, срочно строилась новая береговая инфраструктура, ибо атомоход требовал принципиально нового обслуживания. С 1959 года лодка базировалась в Северодвинске, войдя в состав отдельной 206-й бригады подводных лодок. В 1961 году К-3 вышла на свое первое боевое дежурство в Атлантику.

Летом 1962 года К-3 была уже не единственной атомной подлодкой в ВМФ страны. Совершить путешествие в Арктику могли и другие корабли, тем более что «тройка» к этому времени была уже порядком потрепанной. Являясь головным образцом, она подвергалась всевозможным испытаниям, на ней отрабатывались предельные режимы всех устройств, в первую очередь реактора, парогенераторов, турбин. Кроме того, проектируясь в большой спешке, лодка постоянно нуждалась в ремонте, доделках и переделках. На парогенераторах буквально не было живого места – сплошные переваренные и заглушенные трубки.
После возвращения из похода на разработчиков и творцов этого чуда техники посыпался золотой дождь. Героями Социалистического Труда стали министр судостроительной промышленности Б.Е. Бутома, главный конструктор  В.Н. Перегудов,  директор СМП  Е.П. Егоров  Орденами и медалями награждены 104 сотрудника СКБ-143 и  410 работников СМП. 18 ученых и специалистов промышленности получили Ленинскую премию.

Контр-адмирал Жильцов Лев Михайлович

За  участие в проведении испытания был награжден весь  экипаж    АПЛ К-3. Звания Героя Советского Союза, впервые со времен войны, удостоен командир  Л.Г. Осипенко. Старпом Жильцов Л.М.,   и командир БЧ- 5 Акулов Б.П.  были  награждены орденами Ленина.
За плавание к Северному полюсу Героями Советского Союза стали с командующий 1-й флотилии  контр-адмирал  А.И. Петелин, командир ПЛ Жильцов Л.М., сменивший Осипенко,   командир БЧ-5 Тимофеев Р.А,  сменивший Акулова.


В сентябре 1962 год на К-3 было обнаружено разгерметизация тепловыделяющих элементов ядерного реактора. Подводная лодка прибыла на судоремонтный завод «Звездочка»  в гор. Северодвинск и передана для дальнейшего ремонта с заменой реакторного отсека. На подводной лодке была произведена модернизация аппаратуры  управления подводной лодкой и управления противоаварийными средствами. Установлен новый навигационный комплекса «Сигма».
В ноябре 1965 года был подписан государственный акт об окончании ремонта и К-3 прибыла к постоянному месту базирования в губу Западная Лица. 17-го декабре этого же года подводную лодку посетил первый космонавт планеты  Гагарин Ю.А. и сделал запись в историческом журнале корабля.

Лев Гаврилович Осипенко (крайний с лева)
Лев Гаврилович Осипенко (слева)

Почему же тогда советские власти, зная о почти аварийном состоянии К-3, все равно отправили лодку в такой важный для страны поход? Ответ вполне очевиден: выбирая между техникой и людьми, у нас, в основном, надеются на последних. Поэтому во время похода на Северный полюс поддержание лодки в рабочем состоянии обеспечивалось в основном силами квалифицированного экипажа, который выполнял сложные ремонтные работы своими силами.

Командовал К-3 во время похода в Арктику Лев Михайлович Жильцов. Вместе со своим экипажем он шел подо льдом прямо к «макушке» Земли. В то время не было подробной карты с изобатами глубин и отметками подводных вершин, то есть, передвигалась лодка вслепую и вглухую. Огромная толща льда над субмариной отражала шумы собственных винтов, порождая слуховые иллюзии, акустики работали в невозможных условиях. И вот, однажды, почувствовали, что глубина под килем резко снизилась.

Государственный флаг торжественно водрузили на самом высоком торосе.
Государственный флаг торжественно водрузили на самом высоком торосе.

Получив тревожный доклад, Жильцов приказал немного подняться наверх и снизить ход лодки. Специалисты внимательно изучили эхограмму, так был обнаружен гигантский подводный хребет на дне Ледовитого океана. Это стало крупнейшим географическим открытием 20 века, после Северной Земли, нанесенной на карту в 1913 году. Обнаруженный подводный хребет назвали в честь известного гидрографа Якова Гаккеля.

Советская атомная подлодка К-3, которую позже переименовали в «Ленинский комсомол», пересекла точку Северного полюса 17 июля 1962 года в 6 часов 50 минут и 10 секунд. Экипаж корабля в шутку предлагал мичману-рулевому слегка отойти от курса, чтобы не погнуть «земную ось». Лев Жильцов позже вспоминал, что толщина льда в тех местах составляла примерно 25 метров. Лодку вели близко к поверхности, а когда заметили полынью, то сразу всплыли. Нос субмарины тогда замер у самой кромки льда, со всех сторон К-3 была зажата бескрайними снегами. По словам командира подлодки, вокруг стояла такая тишина, что даже в ушах звенело.

17.07. 1962 К-3 личный состав сходит с лодки на лёд
17.07. 1962 К-3 личный состав на полюсе

Государственный флаг торжественно водрузили на самом высоком торосе, а экипаж «тройки» получил увольнение на берег. Момент бурного веселья подводников запечатлен на множестве снимков. Примечательно, что перед тем, как лодка ушла в поход, сотрудники специального отдела безопасности проверили корабль на наличие фотоаппаратов, снимать было строго запрещено. Но кто лучше знает лодку и тайные места, чем подводники? Обратно на базу шли полным ходом.

На берегу экипаж субмарины встречал лично сам Никита Хрущев. Звание Героев Советского Союза тогда получили руководитель исторического похода контр-адмирал Александр Петелин, командир подлодки капитан 3-го ранга Лев Жильцов, инженер-капитан 2-го ранга Рюрик Тимофеев. Ранее звезду Героя получил первый командир корабля капитан 1-го ранга Леонид Осипенко.

Н.С. Хрущев в первым экипажем К-3
Л.М. Жильцов
А.И. Петелин
Р.А. Тимофеев
Командир АПЛ “К-3” капитан 2 ранга Л.М. Жильцов и командир БЧ-5 АПЛ “К-3” капитан 3 ранга Р.А. Тимофеев.
Гремиха, июнь 1962 г. Из архива В. Елисова
Книга Р.А. Тимофеева

https://zen.yandex.ru/media/id/5bcf96a6ba083000aa051e16/russkii-mir-atomnaia-podvodnaia-lodka-k3-leninskii-komsomol-chast-2-triumf-i-tragediia-5ddebe2ca9876a758f95256c

https://www.youtube.com/watch?time_continue=10&v=73tPpeTh4K8&feature=emb_logo

https://yandex.ru/video/preview/?filmId=7908826581380570777&parent-reqid=1586787315552362-1619727755152953854300324-production-app-host-vla-web-yp-342&path=wizard&text=подлодка+к-3+ленинский+комсомол

Срочный поход

Триумфальный поход на Северный полюс сыграл в судьбе К-3 не самую лучшую роль. Экипаж лодки стали задействовать во всевозможных общественных мероприятиях, что быстро сказалось на его уровне боеготовности. Вместо дальних походов К-3 использовали только на кратких выходах в море, что для боевого корабля тоже не является самой лучшей практикой. Но в 1967 году «Ленинский комсомол» стали срочно собирать в поход. На Ближнем Востоке началась война, и в Средиземное море, по стратегическим соображениям, необходимо было отправить советский атомоход. Первоначально в поход готовили другую субмарину, но из-за серьезных неисправностей ее выход на службу оказался невозможен. На К-3 экстренно набирали экипаж. Новым командиром подлодки стал Юрий Степанов. 80-дневное боевое патрулирование проходило в тяжелых условиях. К массе мелких неполадок, обязательно «всплывающих» в случае, если в море выходит не до конца готовый корабль, добавлялась изнуряющая жара. В турбинном отсеке температура не опускалась ниже 60 градусов. Наконец, «Ленинский комсомол» получил приказ вернуться на базу. К-3 была уже в Норвежском море, неподалеку от дома, когда произошло трагедия.

В секундах от взрыва

В 1:52 8 сентября 1967 года помощник командира К-3 капитан-лейтенант Александр Лесков, дежуривший на центральном посту, получил сигнал системы внутренней связи. Он щелкнул тумблером и спросил: «Кто вызывает?» Когда Лесков отпустил тумблер, чтобы услышать ответ, раздались страшные, нечеловеческие крики. Но это были крики людей, членов экипажа, которые сгорали заживо. В носовом торпедном отсеке воспламенились пары огнеопасной гидравлики. Пожар развивался настолько стремительно, что члены экипажа в первом и втором отсеках практически ничего не успели сделать. За пару минут заживо сгорели 39 человек. Но через считанные минуты могли погибнуть все, кто находился на борту К-3. Дальнейшее распространение огня остановил командир второго отсека капитан-лейтенант Анатолий Маляр, который, погибая в огне, закрыл изнутри люк, изолировав пожар.

Цена кольца.
АПЛ К-3

Цена кольца

Лодка всплыла, проведя вентиляцию отсеков. Об аварии было доложено на базу. К-3 сумела прийти в порт приписки своим ходом. Теперь предстояло войти в аварийные отсеки, чтобы отдать последний долг погибшим и определить причину аварии. Даже после долгой принудительной вентиляции войти в аварийные отсеки никто не решался. Первыми вошли внутрь офицеры, чьи друзья погибли в этой аварии. По их свидетельству, большая часть погибших находилась в кормовой части второго отсека. Люди, которых было невозможно опознать, буквально спеклись в однородную массу. Разбирательство показало, что в одном из узлов системы гидравлики произошел прорыв масла. Его струя ударила в горевшую лампочку электросветильника, и пары вспыхнули. Стремительному распространению огня способствовала работавшая в этот момент система вентиляции торпед. Эта цепная реакция привела к гибели десятков человек. А сам прорыв системы гидравлики случился, скорее всего, из-за того, что кто-то из рабочих при доковом ремонте вместо положенной прокладки из красной меди поставил прокладку из более дешевого материала. На продаже красной меди нельзя было заработать, зато можно было выточить красивое колечко для девушки. 39 жизней — цена дешевой побрякушки.

Так глубоко копать не стали. Директора судостроительных предприятий умели надавить на командование флота, которому проще все было свалить на экипаж. Капитана Юрия Степанова, правда, по суд не отдали, но через полгода списали на берег. Все обстоятельства трагедии засекретили, и они были раскрыты всего несколько лет тому назад. К-3 после ремонта вернулась в строй. Уже в 1968 году с новым командиром Анатолием Жуковым «Ленинский комсомол» участвовал в тактических учениях Северного флота и Балтийского флота совместно с флотами стран Варшавского договора «Север» под руководством главнокомандующего ВМФ СССР Сергея Горшкова. Боевая служба лодки завершилась в 1991 году. Почти сразу появилась идея превратить первую советскую атомную подлодку в музей. Многие годы, однако, дальше идеи дело не шло. А в бытность министром обороны незабвенного Анатолия Сердюкова К-3 и вовсе хотели утилизировать. В итоге «Ленинский комсомол» отстояли, но музеем лодка пока не стала до сих пор.

“Морозов И.Ф. Правда о K-3”

1967 год 10 июля – 11 сентября К-3 выполнила задачи автономной БС (командир – кап.2р. Степанов Ю.Ф.) в Средиземное море, имея на борту 4 торпеды со спецбоеприпасом. В ходе несения службы была сделана хирургическая операция матросу. 8.9 при возвращении с боевой службы на 56-е сутки похода северо-восточнее Фарерских островов в точке с координатами 64 с.ш., 04 з.д. на глубине 49 метров в 01.52 в 1-м отсеке возник пожар. При переходе личного состава во 2-й отсек пожар перекинулся и туда. С первых минут руководство борьбой за живучесть осуществляли командир корабля и командир БЧ-5 Зайцев В.В., при этом интенсивность действий последнего вынудила его дважды заменять регенеративный патрон ИП-46. При попытке разведки обстановки во 2-м отсеке волна угарного газа ворвалась в центральный пост. Почти все, находившиеся в тот момент в 3-м отсеке потеряли сознание. Боцман Луня помогал потерявшим сознание включаться в изолирующие средства дыхания. Вместе с командиром БЧ-5 они сумели обеспечить всплытие АПЛ в надводное положение. Командир отдраил верхний рубочный люк, а после оценки обстановки отдал приказание на подготовку радиопередатчика для передачи радио об аварии на командный пункт флота. Дальнейший переход в базу осуществлялся уже в надводном положении. Море было достаточно спокойно, не больше 3-х баллов. По приказанию командира корабля, часть отравленных подводников из Центрального поста эвакуировалась аварийной партией кормовых отсеков в 8 отсек, часть – в ограждение рубки. В ограждении рубки было очень сыро, и чтобы люди не простудились, подстилали все возможное: одеяла, одежду и т.п. Корабельный врач оказывал медицинскую помощь, в 8-м отсеке был организован лазарет. В Центральном посту, несмотря на то, что подводная лодка была в надводном положении, концентрация продуктов горения все еще оставалась высокой, значительно превышающая предельно допустимую, и без включения в изолирующие аппараты находиться было нельзя. Поэтому было принято решение управление кораблем осуществлять не через Центральный пост, а через пульт управления главной энергетической установкой в 7-м отсеке. На помощь АПЛ были направлены буксир МБ-52 , спасатель “Бештау” , большой противолодочный корабль “Стройный” и крейсер “Железняков” . Первым к аварийной подводной лодке подошел разведывательный корабль “Вертикал” , наведенный на потерявшую связь ПЛ самолетами Ту-16 и сопровождал ее до территориальных вод СССР. В результате аварии погибло 38 человек из состава экипажа и прикомандированный на поход флагманский химик дивизии капитан-лейтенант В.Н. Смирнов . Лодка сохранила ход и через три дня самостоятельно вернулась в пункт базирования

https://fishki.net/2377040-kak-gorel-pervyj-sovetskij-atomohod-k-3.html

1967 год 14 сентября. Погибшие члены экипажа похоронены в братской могиле недалеко от поселка Заозёрный Кольского района Мурманской области. За проявленную стойкость и верность своему воинскому долгу, все погибшие матросы, старшины и офицеры занесены в Книгу Почёта Краснознамённого Северного флота. Семьям погибших боевые друзья оказали материальную помощь собранными денежными средствами. Решением МО СССР маршала Советского Союза Гречко А.А., семьям погибших офицеров и сверхсрочнослужащих предоставлены отдельные квартиры в городах Москва и Ленинград. По заключению государственной комиссии под председательством 1-го заместителя ГК ВМФ СССР адм. флота Касатонова В.А., пожар произошёл вследствие прорыва гидравлическим маслом паронитовой прокладки в машинке клапана вентиляции цистерны главного балласта 2 правого борта. Под рабочим давлением сильно распыленное гидравлическое масло ударило в отсек, вспышка произошла из-за технически допустимых норм искрения любого электроприбора или электролампы в условиях повышенного, но допустимого по нормам процентного содержания кислорода в отсеке. Действия личного состава оценены как правильные.

P.S. Подводники с АПЛ К-3 “Ленинский комсомол” реабилитированы

В Военно-морской академии имени Кузнецова в Санкт-Петербурге состоялась торжественная церемония вручения четырех орденов Мужества родственникам погибших в 1967 году членов экипажа атомной подводной лодки (АПЛ) К-3 “Ленинский комсомол”. Ордена вручены вдовам капитан-лейтенанта Геннадия Ганина, капитана 3 ранга Льва Коморкина, лейтенанта Виктора Гурина, командира электро-навигационной группы Александра Петриченко. Но даже не это главное в событии, которое ждали долгих 47 лет. На официальном уровне признано, наконец, что они – герои, а не виновники аварии. Согласно указу президента РФ, 39 моряков-подводников награждены посмертно орденом Мужества за отвагу и героизм, проявленные при исполнении воинского долга. В том числе и капитан-лейтенант Анатолий Маляр, который ценой собственной жизни спас 80 членов экипажа, предотвратив ядерную катастрофу в Норвежском море. Один из участников того рокового похода Александр Лесков рассказал на церемонии награждения: «В далеком 1987 году, по окончании срока секретности на К-3 «Ленинский комсомол», я впервые обратился к генеральному секретарю ЦК КПСС с просьбой восстановить историческую справедливость в отношении погибших подводников. Генсек мне не ответил, а журналист Юрий Щекочихин прислал в ответ на мое обращение в редакцию «Литгазеты» прислал письмо, в котором была такая фраза: «Пройдет еще лет двадцать, прежде чем нам удастся добиться справедливости”. Покойный журналист ошибся на пять лет». Сказав слова благодарности членам экспертного совета при главкоме ВМФ возглавляемом адмиралом Николаем Максимовым, флотской общественности во главе с Международной ассоциацией ветеранов ВМФ и подводников, Лесков подчеркнул: «Их усилия привели к тому, что президент России подписал этот исторический указ о награждении погибших. Для нас, ветеранов, данный указ является вторым по значимости событием 2014 года после возвращения Крыма. В обоих случаях была восстановлена историческая справедливость. Мы всегда будем помнить о тех, кому обязаны жизнью». Рассказывая о работе, предшествующей реабилитации и награждении погибших моряков, начальник Военно-морской академии адмирал Николай Максимов сообщил, что «в совет вошли авторитетные учёные, специалисты и эксперты. Решение было принято в июле 2012 г. Оно гласило: «действия экипажа по локализации аварии на АПЛ К-3 предотвратили гибель корабля и техногенную катастрофу. Личный состав проявил профессионализм, героизм, мужество и отвагу, достоин представления к награждению государственными наградами». Что же случилось в Норвежском море в сентябре 1967 года на 56-е сутки похода при возвращении субмарины с боевой службы?

Как это было

Атомоход «Ленинский комсомол» в ту пору уже был легендой ВМФ: именно эта лодка 17 июля 1962 года впервые в истории советского флота достигла Северного полюса. Это была не просто сенсация, а событие планетарного масштаба, сродни полету в космос Юрия Гагарина. На Западе тогда не то что не ждали русских на полюсе, – мало кто вообще верил в существование у разрушенного войной СССР атомного подводного флота. Американский «Наутилус» пересек полюс 3 августа 1958 года, и с той поры наши заклятые друзья чувствовали себя на Севере комфортно, а Советский Союз оказался в зоне досягаемости ракет, пущенных с любой подлодки США, находящейся в Арктике. Никто и представить себе не мог, что русские АПЛ способны достичь Северного полюса. Тогдашний директор ЦРУ могущественный Ален Даллес лишился своего поста за то, что прошляпил северный поход русских. Именно с этого момента СССР доказал всему миру: страна обладает достаточными ресурсами, чтобы осуществлять контроль над своими полярными владениями. И это в условиях Карибского кризиса, когда мир стоял в шаге от новой войны. Но экипаж К-3 сделал это! На базе в Гремихе 21 июля субмарину встречал тогдашний глава государства Никита Хрущев, вручивший звезды Героя Советского Союза старшему похода контр-адмиралу Алексею Петелину, капитану 2 ранга Льву Жильцову и инженер-капитану 2 ранга Рюрику Тимофееву. Еще раньше геройского звания – впервые после войны – был удостоен первый командир К-3 капитан 1 ранга Леонид Осипенко. «Попасть в число первых офицеров атомохода было почти столь же престижно, как быть зачисленным в отряд космонавтов», – писал в своих воспоминаниях командир К-3 капитан 2 ранга Лев Жильцов. Но на этом триумфальные страницы истории лодки и ее экипажа закрываются. Открываются другие – трагические.

Мы были обречены

Через пять лет после покорения вершины планеты, 8 сентября 1967 года в первом торпедном отсеке ПЛА К-3 вспыхнул объемный пожар. В считанные минуты заживо сгорели и погибли от угарного газа 39 членов экипажа. Это было, когда подлодка возвращалась домой из незапланированного похода. – Решение об отправке К-3 на боевую вахту в Средиземное море было авантюрой, – считает Александр Лесков, тогда – помощник командира капитан-лейтенант, чудом избежавший лютой смерти. – После похода к полюсу лодка стала образцово-показательным судном, экипаж выполнял в основном представительские функции на бесчисленных комсомольских и партийных съездах. Три года лодка не выходила на боевые службы и вдруг – дальний поход. Да и по плану на дежурство в Средиземном море, где базировался 6-й флот ВМС США, должна была идти другая АПЛ – К-11. Но у нее обнаружилась серьезная неисправность, и наскоро собранный экипаж отправился в поход. Приказы командования не обсуждаются. В последний момент несколько офицеров были заменены в связи с профнепригодностью. Лескова назначили помощником командира за два дня до выхода корабля в море. Юрий Степанов узнал о своем назначении командиром за месяц до выхода на боевую службу. Он единственный на корабле имел допуск к самостоятельному управлению. Как правило, в таких случаях от дивизии в обязательном порядке командируется еще один «допущенный» – или начальник штаба, или замкомдива. Но Степанов был отправлен один. Несчастное это было плавание… В Средиземном море все не ладилось: лодку преследовали технические проблемы, а тут еще на борту внезапно умер один из участников похода. Из Москвы пришел приказ передать тело на советский корабль, находящийся в египетских водах, и субмарина вынуждена была всплыть. – Лодка была рассекречена, и мы пошли к базе, – рассказывает Лесков. Именно ему пришлось заступить на вахту 8 сентября. В 01 час 52 мин. на пульте связи замигала лампочка. Лесков щелкнул переключателем: – Кто вызывает центральный? И вместе со щелчком отпущенного тумблера в отсек ворвались страшные крики заживо горящих людей. Эти первые минуты были самыми жуткими. Сколько лет потом он слышал эти крики, просыпаясь по ночам в холодном поту… Автоматически Лесков скомандовал: – Аварийная тревога! Боцман, всплывай…

Предтеча «Курска»

Что произошло? Почти то же, что в 2000 году на «Курске»: объемный стремительный пожар, воспламенение в торпедном отсеке. Кроме торпед там находились люди. Многие матросы даже с коек не успели встать, – отсек горел всего две минуты, – но умерли они не от огня, смертельной оказалась окись углерода. Однако командир второго отсека капитан-лейтенант Анатолий Маляр перед смертью успел захлопнуть люк горящего отсека изнутри и тем самым предотвратил дальнейшее распространение огня. Там его и нашли после пожара под грудой тел. Ценою тридцати девяти жизней (включая собственную) он спас первый атомоход Советского Союза и восемьдесят человек личного состава. А командир первого отсека капитан 3 ранга Лев Коморкин ринулся в бушующий пламенем второй, потому что там были его подчиненные и двадцать две торпеды, часть из которых имели боеголовки, способные в случае взрыва поднять на воздух пол-Европы. Его последний доклад на центральный пост был краток: «Весь отсек в огне. Больше не могу…». Командир лодки Юрий Степанов при попытке отдраить верхний рубочный люк получил тяжелую травму головы, потерял сознание, и командование подводной лодкой принял помощник командира капитан-лейтенант Александр Лесков. Он успел дать сигнал по флоту об аварии подводной лодки, произвести экстренное всплытие с глубины двести метров. В 1 час 59 мин Лесков скомандовал: – Личному составу центрального поста покинуть отсек и подняться на мостик… В этот момент зазвонил корабельный телефон. – Товарищ капитан-лейтенант, спасите меня, пожалуйста! – услышал Лесков голос шифровальщика Алексея Буторина. Ему удалось закрыться в герметичном шифрпосту второго отсека. – Держись, мичман, мы обязательно тебя спасем, – теряя сознание от отравления угарным газом, прошептал Лесков. Он сознательно не надевал индивидуальные средств защиты – в противогазе не покомандуешь, тут уж либо себя спасай, либо лодку – и знал, что погибает. Однако он очнулся – через пять суток в госпитале Североморска. А до мичмана помощь не дошла, Буторин задохнулся. Погибли старший помощник командира, начальник химслужбы, командир дивизиона живучести, командир электронавигационной службы и командир группы дистанционного управления, большая часть личного состава команд торпедистов, трюмных, других подразделений корабля. Командир лодки был тяжело ранен, все три вахтенных офицера, штурман получили отравления продуктами горения и находились без сознания. В этих условиях командир 1 дивизиона капитан 3 ранга Юрий Некрасов принял командование субмариной на себя. Через десять минут после того, как центральный пост перестал отвечать на вызовы, по его приказу в четвертом отсеке была сформирована аварийная команда. Надев индивидуальные спасательные аппараты, подводники эвакуировали людей из отравленного помещения, с рук на руки они передавали отяжелевшие тела в восьмой отсек, где бесчувственным морякам прямо через рабочую одежду делали уколы… Трое суток К-3 лежала в дрейфе. Тем временем подошел резервный экипаж, и лодка своим ходом вернулась в основной пункт базирования. Комиссия, сформированная на берегу сразу после аварии, признала действия экипажа героическими. Все моряки – и живые, и мертвые – были представлены к государственным наградам. Пятеро – к званиям Героев Советского Союза, из них двое – посмертно.

Зажигалка на столике, травля экипажа

Но если подводники – герои, то кто же – антигерой? Кто виноват в пожаре и гибели людей? Решено было, – и подтверждено теперь, исследованием комиссии под руководством адмирала Николая Максимова, – что воспламенение в торпедном отсеке произошло из-за прорыва одного из узлов системы гидравлики. Когда по возвращении в базу снимали злополучную гидравлическую машинку, обнаружили, что там вместо уплотнительной прокладки из красной меди стоит какая-то примитивная шайба, не рассчитанная на перепады давления. Кто-то поменял прокладку во время заводского ремонта? А, может, во время стремительного аврального строительства? Ведь темпы создания подводного крейсера поражают: 12 сентября 1952 года вышло подписанное Сталиным правительственное постановление “О проектировании и строительстве объекта 627”. А уже пять лет спустя первенец отечественного атомного кораблестроения спустили на воду! Можно рукоплескать советским методам руководства и производства, а можно задуматься над его последствиями. Но дальше копать причины технической аварии не стали. А ветераны подводники мучаются несуществующей виной: если бы аварийный опыт К-3 был востребованным, это дало бы возможность предотвратить гибель «Курска». Ведь завязка нештатной ситуации на этих двух лодках была одинаковой!.. Через месяц после того, как командование Северного флота поздравляло оставшихся в живых подводников с высокой оценкой их подвига, главком ВМФ С.Горшков вынес новую версию событий: «по вине экипажа». Накануне 50-летия Великого Октября высочайше решено было не омрачать настроение советских людей оглаской столь тяжелого происшествия. Очень быстро поменялось отношение к оклеветанному экипажу. Комдива 3-й дивизии АПЛ Героя Советского Союза контр-адмирала Николая Игнатова, который «слишком много знал», отстранили от работы и понизили в должности. С офицеров в особом отделе взяли подписку о неразглашении причин аварии и обо всех связанных с этим событиях. Были аннулированы выводы первой комиссии и назначили вторую, явно предвзятую, которая тут же «обнаружила» в лодке на самом видном месте – на столике вахтенного… зажигалку! Экипажу навесили ярлык «аварийщиков» и расформировали по другим частям. Из героев покорители Северного полюса превратились почти в преступников – не только живые, но и мертвые. На похороны в братской могиле подводников в Западной Лице не допустили даже ближайших родственников. О том, чтобы отправить гробы на родину по просьбе жен, родителей, детей или выплатить родным какие-нибудь пособия, компенсации, тогда и речи не шло. Боль потери, умноженная на боль от клеветы, – из дикой первоначальной превратилась многолетнюю не затихающую рану. Несколько десятилетий моряки молчали обо всем, что случилось, – как велели особисты. За это время пала советская власть, а пришедшая ей на смену особо не интересовалась старыми тайнами. Куда только не писали оставшиеся в живых подводники. Кому только не кланялись. В администрации президента РФ подводникам сообщили: реабилитация и награждение может быть осуществлено только по представлению главкома ВМФ. Так было и с признанием заслуг Маринеско, и с частичной реабилитацией участников аварии «К-19», и с награждением в 2006 году живых и мертвых линкора «Новороссийск». Ветеранам атомного подводного флота несколько лет подряд говорили, что дело их решенное, новое ходатайство главкома перед министерством обороны и президентом РФ готово, и вот-вот будет объявлено о восстановлении справедливости.

«Я храню все его письма»

И свершилось! Экипаж атомной подлодки «Ленинский комсомол» реабилитирован, указом президента России от 1 сентября 2014 года подводники, погибшие в аварии на АПЛ К-3, награждены орденами Мужества посмертно. 14 ноября министр обороны Сергей Шойгу торжественно вручил награду вдове командира второго отсека АПЛ капитан-лейтенанта Анатолия Маляра. Остальные 38 орденов были отправлены в Адмиралтейство с поручением главкому ВМФ вручить их семьям героев. Найти смогли далеко не всех родственников погибших. Из тех, кто прибыл в Военно-морскую академию на торжественное событие, – вдова командира АПЛ по живучести Геннадия Ганина – Лидия Фёдоровна после награждения говорить не могла, её душили слёзы. Наконец, она поделилась с корреспондентом ФАН: «Я ждала этого дня, я знала, что они не виноваты, хотя всё было секретом и свалили на них…. С опозданием на 47лет, конечно, но я рада. Рада, что признали их невиновными. Я все его письма храню. Он был очень хороший, очень порядочный, честный, умный человек, окончил два курса строительного института на отлично, но мечтал поступить в военно-морское училище. И поступил, и окончил его на одни пятерки, был ленинским стипендиатом. Служил с 1961 года, и нашел свою могилу в 1967 году, ему было 30 лет». Галина Григорьевна Коморкина, вдова Льва Федоровича Коморкина, того самого, что ринулся в бушующий пламенем второй отсек и спас Европу от ядерной зимы, поделилась с корреспондентом ФАН: «Все рухнуло для нас с его гибелью. Он был чудо человек. Безотказный, доброжелательный, надёжный, настоящий друг, редкой души… Добрый, большая умница. Кончил школу с серебряной медалью. Прослужил девять лет, на десятом погиб. Было очень тяжело это пережить. Я осталась с маленькой дочкой. А потом их, погибших, еще обвиняли в аварии. Спасибо, что хотя бы теперь, спустя 47 лет, вернули добрую память о них, павших наших замечательных ребятах, доказали, что они не виноваты. Мы очень благодарные всем, кто участвовал в этом расследовании, министру обороны, который подписал этот приказ. Спасибо всем оставшимся в живых нашим ребятам, сумевшим доказать, что не они были виновниками этой трагедии, я в это никогда не верила». Марина Коморкина, дочь героя: «Слава Богу, нашлись люди, которые взялись за восстановление справедливости. Отец должен был после похода поступать в эту академию»… Ирина Смирнова

https://riafan.ru/172732-podvodniki-s-apl-leninskiy-komsomol-reabilitirovanyi